jacklinka: (holmes)
C Новым Годом вас!
Пусть в новом году мы будем максимально живыми в каждый момент времени, и живая жизнь пусть окружает нас, и пусть в этом переплетении нашей жизни и жизни окружающей будет нам счастье.
Пусть дорога будет легкой, и все пирожки будут с выигрышами.
И вообще, счастья всем даром!...

Поскольку я так и не смогла выбрать лучшее поздравление от Джесси, то будут обе фотки.
DSCN6648

DSCN6645

И наша елочка, самая красивая во всем Израиле.
elka
jacklinka: (santa)

Все кругом подводят итоги года. А я итоги года подводить не хочу. Все, что прибивало к земле - пусть останется в прошлом. Все, что над землей поднимало - возьмем с собой в Новый год. Вот так, совершенно ясно и четко.

Дальше... )
jacklinka: (owl)
Вчера я реально почувствовала себя Джонатаном Орсмитом, объезжающим пробки по путям, необозначенным на космических картах.

Сажусь с утречка в Дитя Тардиса, спрашиваю, сколько времени лету у нас до работы. Отвечает: два часа. А если вот так, то два с половиной. "Чиво?" - луплюсь в телефонку. "Но есть одна дорога в объезд..." - отвечает телефонка. - "По чертовым куличикам. Только для искателей приключений и только сегодня. Брать будешь?" "Давай", - соглашаюсь, куда уж деваться. "Это все китайский язык виноват", - ворчу. - "И дождь. Но китайский язык больше."
И мы полетели. Гулять так гулять, приключаться, так приключаться.

Целый час меня носило по каким-то мировым закоулкам. Половину времени лил такой ливень, что не справлялись дворники, вторую половину светило такое яркое солнце, что я немедленно лезла за солнечными очками. Причем половины эти шли вразнобой и менялись каждые четыре минуты. А еще я думала, что люблю эти перемены и это неожиданное косое солнце, превращающее мокрую серую акварель в контрастную фотографию высочайшего разрешения, когда подсвечена и выделена каждая травинка под великолепным тяжелым сизым небом, обещающим дождь, обещающим еще много дождя.

Из интересного попалась совершенно европейская улица с голыми деревьями и огромными прекрасными кучами желоротых листьев, которые хотелось забрать с собой в багажник - всю эту улицу, все эту осень.

В одной деревушке пришлось объезжать пробку по улице Летучего Голландца - целому ряду одинаковых голых серых приземистых домов - уже построенных, но еще нежилых, еще слепых, еще мертвых. Странное, гнетущее, то тем более удивительное ощущение - будто яичная скорлупа без яйца, будто дома с привидениями, но без привидений. Будто сумки с конвейера, будто туфли без владельца, будто бездомные псы. Дома, у которых еще нету дома.

Меня носило по полям, по долам, так, что я радовалась, когда щебенка, покрытая топкой рыжей глиной, сменялась таким же невидимым под грязью, но твердым асфальтом под колесами.
Меня обдавало этой разведенной рыжей краской по самую крышу.
Я ныряла и выныривала.
Дитя Тардиса выдержало этот экзамен, с чем я его и поздравляю.

А пробка образовалась из-за настоящего потопа на дорогах. Как сказала lolka_gr, у нас не пожар, так потоп. Разверзлись хляби небесные...и пусть так и останутся. Хляби - это хорошо, это правильно. Со всем их юношеским максимализмом. Несмотря на все на.
Потому что у нас, израильтян, уже в самых основных печеночных подкорках сидит, что вода - это жизнь. Именно сейчас надышаться и наполнить жизненные резервуары на целый год. Радоваться каждой капле, даже если она сбивает с ног.

На Марсе сезон дождей.
jacklinka: (earthlings_jam)
Выполняю задание [livejournal.com profile] text_training: придумать три причины, почему я не смогла выполнить прошлонедельные задания:

Во-первых: )

Во-вторых: )


А в третьих: )

А еще почве обсуждения унылого собственного присутствия в зеркале, написался такой монолог:
Сорри, оно жестко и неэтично )

Это я вот о чем говорю: нам нужны лояльные зеркала! Чтоб показывали так, как их просят!
jacklinka: (antique)
- У меня сегодня страшно несчастливый день - сказал мне в столовой шепотом Феликс. Железный Феликс из железного суппорта, вечно носящийся с железками компьютеров и прочими кабелями. "Пошел котов кормить", - рапортует он, держа за хвосты пяток компьютерных мышей.
- А что случилось? - спрашиваю.
- У меня накрылся телефон, - говорит. - Причем уже в третий раз. - И перечисляет: - В первый раз у него накрылась батарея. Я остался без телефона на 30 дней! Во второй раз у него полетела материнская плата и опять батарея. Я остался без телефона на 40 дней! А сегодня на станции поезда он выскочил у меня из рук, упал на пол и разлетелся в клочки! Я отнес его в починку, но за те деньги, что они попросили, мне проще купить новый. И я пошел и купил новый. - Показывает черный экранчик с датой.
- Это была его судьба, - говорю. - Тебе попался телефон-самоубийца. Ему удалось с третьей попытки.

В этот момент раздается страшный грохот - у раздаточного стола, за которым Феликс только что набирал обед в коробочку, падает здоровенная железная подставка для подносов.
- Это вокруг тебя что-то сегодня вокруг, - предполагаю я. - Турбулентность какая-то.
Феликс стучит по столу с моим подносом. Стол продолжает стоять на месте.
- Вот видишь, целый, - говорит.
- Он просто деревянный. - отвечаю - У него слишком мало частей, чтобы развалиться. Ты лучше осторожней езди в лифте.
- Лифты сегодня вообще не приходят, - ворчит он.
- Воот, - киваю. - Это потому что они тебя боятся!
Феликс ржет и уходит.

Минут через пять выхожу из столовки. Феликс держит свой обед в коробочке и все еще ждет лифт.
- Вот видишь, он тебя боится! - подтвержаю я теорию.
Феликс опять ржет.
Я направляюсь к лестнице - всегда после обеда поднимаюсь наверх пешком для положительного растрясывания обеда.
- А я пешочком, - говорю. - Потому что я тоже с тобой ехать боюсь!

Главное - не вызывать его сегодня для ремонта. У него сегодня полярность обратная.
jacklinka: (pup_zemli)
Местный мир, как всегда, прекрасен и уникален.

По одной станции радио рекламируют исправление еврейских носов. "...Нос, о котором ты мечтала!" - вот так, в женском роде и откровенно гоголевское. Переключаю на другую - "у вас есть долги с процентами? Мы уже идем к вам! Тьфу, то есть мы избавим вас от долгов!" Долги в результате покупки нового носа, я так понимаю. Надо было сразу ставить нос с нюхом на деньги.

Вика учится вождению, а ее учителя зовут Арик Матос. То есть Арик Самолет. Фамилие у него такое. Я спрашиваю: "Каждый раз, когда ты к нему садишься, он говорит: "Взлетаем?"" Смеется: ну что ты за смешная мама.

А брат ее подружки Ротем, когда получал теудат зеут (удостоверение личности), записал себе среднее имя - Бамби. Потому что маму зовут Яэль - дикая козочка, а папу Эяль - олень. Все его теперь зовут исключительно Бамби, и мальчик этим страшно доволен и гордится, а потом он станет дедушкой Бамби, и я его совершенно представляю в этой роли.

А ее приятель Ницан купил себе аргановое масло для бороды. Спрашиваю - это чтобы борода росла? Нет, говорит, борода у него уже выросла, это чтобы она мягкая была. И спрашивают меня, можно ли арган мазать каждый день. Нет, говорю, арган каждый день лучше не надо, он едкий, а лучше масла разных орешков и прочие съедобные. Оливковое - пишет ему дочь. И обвалять в яйце и муке! И выпекать на 220 градусов!

А вчера было холодно - градусник в машине показывал вечером аж +10 градусов. На акробатике пришлось заниматься в обуви - стоять на этом ледяном полу босиком было просто невозможно. Но, в конце концов, согрелись, за час безумных прыжков. Выходим наружу - о, мы разогрели еще и улицу! Тот же градусник в машине показывал +18.

Джесси по осени порыжела, в цвет сухого листа и сухой травы, и теперь окончательно мимикрирует под окружающий мир. Я говорю Томасу, что когда все снова зарастет зеленым, ей тоже придется позеленеть.
jacklinka: (antique)
Ну почему, почему, каждый раз, когда я подхожу на работе к кофе-машинке, она отказывается выдавать мне кофе, пока я ей, простите меня, не вытру попу?
Нашу машинку зовут Юра. На прошлой работе машинку тоже звали Юра. Тот машинка был вежливый и каждое утро здоровался. Гуд морнинг, говорил. Велкам то Юра. Садись рядом, кофеем угощу. Из любой кнопки, выбирай.
Этот Юра даром что однофамилец, невежливый. Не здоровается. Мизантроп какой-то. Сам чистюля, а вылизываться не хочет. Ждет меня каждое утро. Почему меня, непонятно, нас тут пятьдесят кофеманов на этаже. Жму ему кнопку "дваэспрессо", а он в несознанку. Молчит, кофеем не обслуживает. Рисует нечто, напоминающее фигу, и пишет игриво: а пощекочи мне сначала животик. И это, вынеси мой горшок. Загрузи в печку пирожки, обтряси мои яблочки, вытряхни мои перины. А потом ужо и награду проси.
Вздыхаю, выливаю в раковину содержимое Юриного живота, вытряхиваю кофейный пух из кофейных перин.
Юра удовлетворенно похрюкивает и лаконично пишет мне "2 espressi". Как убираться - так на английском, а как кофию наливать - так мы сразу итальянский вспомнили.
jacklinka: (antique)
Я тут у нас заболела вирусом Снежной Королевы. Знаете, чем отличается вирус Снежной Королевы от вируса Змея Горыныча? Ну да, именно. Превращаешься в ходячий морозильник. Для начала хорошенько промораживаешься изнутри. Как минимум на -30. А потом идешь морозить все, что ни попадя. Детей, кошек, свежую рыбу.
Нет, горячий чай не помогает. Он тоже мгновенно промерзает. Не снаружи, так изнутри. И одеяла не помогают тоже. Превращаешься в одетого снеговика - снаружи одеялко, внутри ледышка.
Говорят вот, водка не мерзнет. Это последнее, что я еще не пробовала. Хотя мороженое с ромом - вкусная штука. Особенно если хранить его внутри. Или генерировать, как папаша Хогбен.
Вот когда Горынычем заболеваешь - это знакомо, это совсем другое дело. Горынычей хоть трясет от холода производительно - они так пламенной силы набираются. Правильно напыхавшегося Горыныча можно использовать затем по назначению - в качестве грелки, например. Или для обогрева помещения. Или на нем яйца варить.
Или вот при Снежной Королеве мозговые извилины замерзают и начинают звенеть при легком ударе. Кроме как для этого они больше ни для чего не пригодны. А у Горыныча мозги, наоборот, переходят в жидкую, лавоообразную фазу. Начинают булькать и исходить несвязанными обрывками информации, как конфетти из старых газет. Это даже по-своему красиво.
Против Горынычей имеется одно верное средство - противопожарный шланг. Снаружи. Самое верное и проверенное на самых прилипчивых Горынычах.
А вот Снежная Королева эта...любоффь для наружнего и внутреннего применения, говорите?
Женить ее на Горыныче, штоль?
jacklinka: (earthlings_jam)
На берегу ресторана висело окно с рожей испуганно улыбающегося японца.
- Здесь подают мясо испуганных японцев, - предположила я.
- Ихса, - отреагировал Макс.
Еще бреда.... )
jacklinka: (tree_up)
Это высохшие, дряблые кактусы. Даже цвет потеряли. Фото с марсохода.
Черно-белые кактусы

Read more... )
jacklinka: (slon)
Моя кошка оказалась не совсем стопроцентной кошкой, а вовсе немного собакой. Серенькая мяукающая собакошка. Стайное животное. И когда ее стае вздумывается прогуляться, она считает своим долгом стаю сопровождать, чтоб, во-первых, почтить своим присутствием, а, во-вторых, чтоб стая куда-нибудь без нее не сбежала. Ну и чтоб не пропустить интересненькое, которое там происходит без нее.
За стаю она считает нас с Томасом и Элинор. Причем, по отдельности я, Томас или Элинор - не стая, а все трое вместе - довольно шумная получается компания, - стая.
Это вчера вечером я выгуливала троих детей. Двоих обычных, а третьего с хвостом. Хвостатая детка носилась вокруг, сторожила нас под кустами, исследовала помойки и знакомилась с помоечными паханами, а также с флегматичными кибуцными собаками, запрыгивала на пекановые деревья, заглядывала за чужие заборы.
И все это, не выпуская нас из виду.
Пройдя километр, мы повернули домой, забеспокоившись, что хвостатый попутчик слишком увлечется очередным восхитительным забором и совсем не найдет дорогу домой.
Не дойдя до дому метров пятьдесят, котятинка улеглась посреди дороги с раскрытым ртом и начала дышать по-собачьи. Убегалась, ага. Пришлось эту собакошку тащить домой на руках - дитенок и есть дитенок.
jacklinka: (owl)
Второй день в нашем эпизоде пространства, застрявшем в вечном лете, правят ветра. Ветра выдувают, выметают из всех уголков потрескавшееся пыльное лето, сметают его в кучки, кружат, скручивают и уносят куда-то на чердак.
А там, где облупилось лето, несмелыми пятнами старой кладки проглядывает осень.
Ночью осень дышит с потолка, мигает высокой луной и переставляет шахматы облаков. Днем лето, уперев руки в боки, стоит в проходе, раздумывая, а не выпить ли еще по маленькой. А ночью осень вытряхивает пыль из диванов, пылесосит запойное подстолье и выносит окурки. Ждет, готовится.
Мы тоже ждем.
Осень войдет в свои права с первым дождем. А пока она днем несмело сидит в прихожей и ждет.
А ночью выдувает из окон и раскладывает карты.
Нагадай нам, осень, зиму.
Мокрую, летнюю, шуршащую каплями, лопочущую ливнями зиму.
Зиму, где каждый листок и каждая клетка памяти вздохнут свободно.
Пусть будет дождь.
jacklinka: (santa)
А вообще-то мы вчера мы с Томасом ходили навещать птичьи болота. Зря ходили - болота обнесли непроходимым забором, видать, будут благоустраивать. Ужасно жаль. Дотопали до них уже в темноте, с фонариками. Забор шел сплошняком, но в одном месте был поставлен довольно высоко, так, что под ним на животе мог пролезть один тощий ребенок и одна мелкая я. Разумеется, мы перелезли, заборы вообще предназначены для того, чтобы через них перелезать.
Болота за лето довольно здорово подсохли и развели вокруг себя тонны паутины и мошкары. Невидимые птицы по-прежнему вскрикивают и ахают, и перерезают черной тенью почти черное небо.
"Здесь есть шакалы," - сказал Томас.
"Наверное, есть, но их пока не слышно," - спокойно отозвалась я.
И, словно в ответ на наши слова, совсем рядом, в каких-нибудь тридцати метрах, завыла невидимая многоголосая стая. Ей вторила другая, чуть подальше. И третья, уже поближе. Мы оказались в кольце шакальих стай - пять хоров перекрикивались с разных концов болот, ближе-дальше.
"Шакалы не нападают на людей," - я старалась придать голосу уверенность. - "И вообще, у нас есть фонарики".
На Томаса увещевание не подействовало, и он стал быстро пятиться к подзаборной дырке.
То ли шакалы следовали за нами, то ли передавали сотоварищам, но метрах в пятнадцати от нас, меж апельсиновых рядов, поблескивали парные глазки.
Томас поднял камень.
Я подумала и тоже подняла камень.
Так мы и шли, как дураки, с камнями и фонариками.
А шакалы все равно не нападают на людей. Я предпочитаю так думать.

А фотка называется - "Так зреют облака".
Так зреют облака
jacklinka: (me2)
У меня какой-то затянувшийся джет-лег. Слишком длинная "нога самолета". И эту ногу самолета я зачем-то всю неделю таскаю за собой. Нога ощутимо тяжела, и поэтому я в девять вечера засыпаю сидя, едва присевши на диван, в двенадцать просыпаюсь, обнаружив себя таки лежа все на том же диване, и потом толкаюсь полночи в положении полузомби: башка не варит, но спать уже не хочется.
Поэтому фотки пока не разобрала, но, надеюсь, вот сейчас, на выходных...

У всех в журналах осень. Сквозь буквы веет прохладой, и сыростью, и мягким пасмурным сумраком, приятным для глаз после слишком яркого лета, и желтым листом, и красной травой, и сладкими холодными порывами ветра.

А у нас догорает лето. На градуснике те же неизменные тридцать, и ночью не нужны одеяла, коллега купил дочери новые сандалии, а я складываю детские шортики в шкафу на самое видное место.
Желтого нет в помине; наш цвет осени - песочный, бурый, пыльно-зеленый, стружечный, цвет усталой травы и сухого листа. Кактусы стоят тощие, бумажные, сморщенные, согбенные - сами небритые старики.
И среди всего этого царства увядания - непозволительно розовая, юная бугенвилия, как инфанта посреди королей из старой, рассыпающейся книги.

В сообществе на прошлой неделе было задание - понаблюдать за людьми, улавливать сцены, которые можно потом утащить в креатив.
А я не вижу людей. Я не хожу по улицам. Я надеваю неизменное платье-Тардис, и качусь на своих четырех колесах, и вижу вокруг исключительно представителей своего четырехколесного вида. А креативы пишутся все-таки про хомо сапиенс, а не про хомо омнибус. Я же наблюдаю колесатых - что показывают, то и смотрю. Вот один везет целое огромное дерево франжипани - с корнями и цветами. Его везут, а оно цветет - щедро, белыми цветами. Великанский невестин букет на платформе грузовика.
А вот у тягача подвешена сзади подкова. Настоящая ржавая подкова. Интересно, где он ее раздобыл? И как ему теперь ездить подкованному - есть ли разница?

Людей не видно, одни машины. Хотя нет, неправда, а это кто? Рядом со Шфаим, на поле странных природных скульптур, на фоне дерева, закрученного узлом, две фигуры: одна - в белом платье, а лицо выкрашено сажей, другая - в готичном черном, и лицо по-клоунски белое. Кривятся, застыли - я ищу глазами фотографа и не нахожу - эти две девушки со своей пантомимой - для нас, проезжающих, смотрящих из прилегающих к телу четырехколесных костюмов. Символические люди для символических людей.

А вокруг догорает лето. Вероятно, ему нужно сгореть дотла, умереть, как фениксу, превратиться в камень и рассыпаться в прах, чтобы возродиться снова.
Через месяц, может быть, придет дождь и тогда резко, за одну ночь, настанет осень.
Скорей бы уже переключили эту ручку.
jacklinka: (santa)
На дворе - всепогодный день сурка. Небесные кочегары поддали жару, да закрутили ручку по самое немогу. И ушли. Улетели в отпуск, на небесном самолете, звездолете, крылолете - на свой небесный курорт. На каникулы.
Система крепкая, не развалится, а огня в жерлах теперь до зимы хватит.

Зимние медведи вздохнули и улеглись в летнюю спячку. Иссохли, изошли на семена, пали в землю, отменили себя на время. Очнутся, когда ослабеет жар. Очнутся, когда пустят воду. До воды еще два парсека и три земных месяца.

На дворе - прямая бессрочная трансляция из преисподней.
И через пять дней в эту трансляцию приедет моя [livejournal.com profile] 7seva100pol. На экскурсию - в ад обетованный, в жерло вулкана, на божию сковородку.
"Ты сваришься", - написала я ей.
"Я буду мазаться кремом, пить водичку и носить бандану", - ответила [livejournal.com profile] 7seva100pol.

Я пишу ей, как выживать в жерле атомного реактора. Бандана тут не поможет. Здесь земля - сухой огонь, ломкий огонь; море - жидкий соленый огонь, а воздух - огонь газообразный. Им не дышат, этим воздухом, в нем выживают. Тренируются перед преисподней. Или проходят ее досрочно.
Пройдешь, сдашь экзамены еще здесь - глядишь, больше и не понадобится.
Будешь извиняться, подкидывать побольше угля и уезжать на каникулы.

Я теперь точно знаю, как отличить рай от нерая. В раю дышать можно.
А в нерае..в нерае всего лишь нужен кондиционер. Один. На всю планету.
И всем чертям - мороженого. Шоколадного пломбиру, из "русского" магазина.
В конусах, и посыпать разноцветным драже.
jacklinka: (owl)
День начался с покупки шляпки. Шляпка мне совершенно не была нужна, ее соперница уничижающе смотрела с моей макушки, нашептывая мне, что дома есть целая корзинка шляп, включая дышащие туристические. Шляпка, зеленая, широкополая, с мягкими загнутыми полями сбежавшая то ли из двадцатых - нэп, джаз и шляпки, то ли с картин фламандцев, правда там чепцы были крахмально-белыми, но форма, но поля - вот же они! Точно в такой ходила Красная Шапочка, правда, тогда ее прозвали бы Зеленой Шапочкой, и тогда она бы полностью мимикрировала под лес, и Волк прошел бы мимо, не заметив ее...
"Я только померяю," - решила я и попросила зеркало.
Фламандские поля выгодно оттеняли еврейские черты.
"Тебе нравится?" - спросила я.
"Ты похожа в ней на рыбака с израильской купюры 1957 года", - ответил мой нумизмат.
Соперница шляпки со вздохом улеглась в рюкзаке.

Я люблю, когда так начинается день - когда не ты находишь, а вещи сами находят тебя. Протягивают руку, втираются в доверие и уютно сворачиваются у тебя в руках. Или на голове :) Узнают тебя сами.

И мы пошли на "блошку". Потому что все равно собирались.

Но сначала обошли маленький кустарный яффский рыночек. "Если бы у меня не было Золотой Гайки, я купила бы это", - я уставилась на ассортимент очередного столика. Потому что там лежали украшения для сталкеров. Все необходимое в жизни - в одном колье или браслете. Сразу вспомнилась гайка, лежащая в подземном туннеле под Старым Городом, в иеруслимских катакомбах. Там она была как можно более кстати. Я не подняла ее - пусть лежит. Для тех, кто идет сзади, даже если они не поймут...

А потом пошли дальше. Отметили новое граффити - деревянных птиц, рвущихся со стен Первого Бетонного Здания, уродливого ангара, который никак не снесут - потому что первый, исторический. Отметили рыбака - не в футболке и шортах, как все остальные, а в белой чистой широкой рубахе с длинным рукавом и с белейшей окладистой бородой. "Дед Мороз летом промышляет рыбкой", - мелькнула мысль.

На "блошке" все было, как всегда. Люди думали, что торгуют старьем, вещи высматривали себе новых хозяев. "Этот? Нет, прошел мимо". Макс закопался в монеты, я ходила между рядами.
Я всегда торгуюсь. У меня такое правило - если вещь меня хочет, ее продавец обязательно пойдет навстречу.
Сначала мне на глаза попался Путник. Левой рукой он опирался на крючковатую палку, в правой был заспинный мешок. А на голове у него красовалась моя шляпа.
"Сколько хотите за чеканку?" - я спросила у продавца, впрочем, не представляя, куда могла бы повесить маленькую, размером с открытку, побитую деревянную дощечку.
"Двадцать", - ответил продавец.
"За десять отдадите?" - только чтоб проверить реакцию, спросила я.
Путник не пожелал стать моим. Несмотря на шляпу. Видимо, у него была своя дорога.
"Ты же не знаешь, а вот повесила бы ты его у себя, а он взял бы и увел тебя с собой. Куда-нибудь не туда, не в твою, а в свою сторону" - мысли бродили в голове. Я отогнала их - если так относиться ко всему и зависать над каждой фиговиной, которую тащишь в дом...
И тут мне попалась она.
Слепая птица. Керамическая, грубая, стилизованная, только голова пролеплена, но так мастерски, будто Художник недосоздал ее. Вылепил голову, но не успел создать ни тело, ни глаза. Как Адам, слепленный только наполовину, как Ева, частично оставшая ребром.
"Сколько хотите?" - я спросила у продавца-араба.
"Двадцать", - лениво отозвался он.
"Десять?" - я снова забросила удочку.
"Неа", - он отвернулся.
"Неужели и она ко мне не хочет?" - я задумалась, посматривая то на птицу, то на продавца. "Впрочем, она меня пока не видит".
"За пятнадцать возьмешь?" - встрепенулся продавец.
Птица забилась ко мне в рюкзак.
"А где у нее глаза?" - удивился Макс. - "Ну ничего, нарисуем".

А теперь фотографии... )
jacklinka: (slon)
Пытаюсь собрать мысли в кучку и написать о том, как мы с Олей [livejournal.com profile] zanudka ходили на прошлой неделе на выставку наивного искусства.
Это было хорошо. Это было очень хорошо. Собственно, всегда, когда мы с Олей куда-то ходим, это получается хорошо. Как у людей, которые думают в одну сторону и у которых эти мысли соединяются, как кусочки паззла.
А окружающее наше все прифигевает от этих новых кусочков и начинает слегка подглючивать. Оборачивается изнанкой, оборачивается смыслами, оборачивается самыми выпуклыми и впуклыми своими сторонами и глючит напропалую, уже никого не стесняясь.
Выставка началась для меня с ананасоголовых теток в витрине и отдельно их ног, торчащих из стены и взобравшихся под потолок. Ног хватило бы на целый взвод ананасов или, скажем, на сороконогую индийскую свастику. Не фашистскую, а ту, которую символ солнца и колесо вселенской фигни. Вселенская фигня была одета в разноцветные чулки, колготки и леггинсы: черные, цветные,в горошек и полосочку. Собственно, такова вселенская фигня и есть: многоногая, в горошек и полосочку.
Но это так, преамбула.
А амбулой, собственно, была сама выставка.

Вот здесь мне придется говорить словами, потому что основную часть выставки я сфотографировать не смогла - вокруг сидели зоркие наблюдающие тетеньки.
Художников-немцев (выставка была от посольства Германии) было несколько. Имен я, разумеется не запомнила, по детской дурости и наивности - я ж пришла сюда картины смотреть, а не с художниками знакомиться!

У первого на картинах были горожане. Упитанные, округлые, немного карикатурные немецкие бюргеры: они ходили по улицам, пили пиво, играли в шары, катались на лодках. Все - будто близнецы-братья: практически на одно лицо и фигуру, братья-гномы, клоны Великого Бюргера, Джон Малкович, обнаруживший себя во всех окружающих лицах. И вся их жизнь, повседневная и праздничная - налицо, как мультфильм, как комикс, с продолжениями, с историей.

У другого художника на картинах была деревня. Тщательно, во всех подробностях прорисованная немецкая, по-видимому, деревня со всеми ее животными и человеческими обитателями - и дороги, и дома, и все, что достает взгляд в окнах, внутри этих домов.
Что сразу бросилось в глаза - никакой современности: ни машин, ни даже тракторов. Только лошади с повозками и амбары с сеном. И кругом люди - разные, в рабочей или нарядной одежде. Конкретное время года: зеленое лето, желтая осень, белая зима, ярких конкретных цветов:
цвета зеленого фломастера, а небо - непременно голубого.
Тогда мне все это показалось стилизацией под детские рисунки - с плохо прорисованной перспективой и старательно перечисленными мелочами: чашкой чая на столе сквозь окно, рядом с застеленной кроватью; обязательным петушком на крыше, ватными кругленькими облачками. Или иллюстрациями к детским книжками: вроде тех "рассказывательных" книжек, для развития словарного запаса. А также сильно напомнило "мужицкого" Питера Брейгеля - те же подробности быта, но без характерного брейгелевского сарказма и карикатурности.

А потом поняла: а ведь нет. Ведь эти картины нарисованы сейчас, в двухтысячных. Значит, это - не просто деревня, это - воспоминание. Это признаки ушедшего времени в прошлое времени, идеализированного - глазами ребенка, глазами того, кто не судит, кто еще не различает недостатков. И еще - это рай. Это личный рай художника, сочиненный им и выстроенный им самим - в небесах, в голове, в глазах тех, кто пришел на выставку. Идеальная деревня, идеальное время и пространство для жизни.
То, чего уже нет на Земле.

Были еще всякие разные картины. Что их объединяло - все до единой решительно были иллюстрацями к детским книжкам. К ненапечатанным детским книжкам, когда образ уже появился, но еще не воплотился в слова.
Были картины, которые хотелось разрезать на тысячи частей, как паззлы, и затем собирать часами. Например, картина "Европа" - собранные в один город-панно знаменитые здания и уголки городской Европы. Мы стояли перед картиной и угадывали: что откуда. Угадали далеко не все: сколько еще осталось в старой доброй Европе недогулянных мест!
Были плоские картины-сцены, в которые хотелось поставить объемных кукол-актеров; были картины, из которых хотелось вырезать людей, как куколок и срочно начать переодевать их.
Была целая серия картин-коллажей, составленные из миниатюр размером в спичечный коробок: воспоминания, осколки жизни, ассоциации, признаки мест, времен и людей.

Мы ходили и читали смыслы, и смыслов у этих "детских", наивных картин, оказывалось больше, чем у самых современных, постмодернистких, шокирующих картин и инсталляций.
И это было хорошо.

А потом вышли и пошли вверх по Дизенгоф. И выставка вышла из павильона и пошла вместе с нами.
Наивное искусство было везде: в каждой витрине. Бесконечная череда свадебных платьев напоминала о повторяющихся свадьбах на картинах: частый сюжет наивного искусства, частый символ. "Когда я шла сюда, здесь не было столько невест", - удивилась Оля. Невесты и вправду окружали плотной, белой, пластиковой, то ли докторовской, то ли бертоновской толпой.
Были магазины, посвященные полностью наивному искусству: оно теперь читалось в каждом зайце и каждом цветочном горшке.
В пиццерии сахарницей служила старинная фарфоровая чашка с куртуазной дамой в парике; через дорогу горела вывеска кондитерской "Эдемский сад". Прямо перед нами, на дороге, стояли накрытые скатертями длинные столы и за ними сидели с бокалами и тарелками знакомые до боли округлые бюргеры.

Я проводила Олю на автобус и направилась обратно, искать свою остановку. И, пройдя немного, отправила Оле сообщение:
"Слушай, какая-то фигня. Я иду по той же стороне улицы, и мне вместо невест показывают украшения. Винтажные и современные."
"Я тебе говорю, эти невесты там были ненадолго!" - получила от нее ответ.

И сами картины - то, что удалось сфотографировать. Как я уже сказала, часть описана словами, а другая сфотографирована. Это во мне борются слон с быком писатель с визуалом.
Read more... )
jacklinka: (elf)
А я тут только что ангела через дорогу переводила.
Собственно, я шла в ночную аптеку, в Натании. А шла я через городской рынок, выглядевший, как покинутый на ночь детский сад - те же раскиданные формочки и коробочки, а над ларьками горят ничего не значащие теперь вывески. "Здесь не продаются неовощи и нефрукты". Пахло как раз таки неовощами, то есть овощами в уже некондиционном состоянии.
А вдоль рынка сновали черные люди пока еще в кондиционном состоянии. Там, где заканчивается дневная жизнь, возникает ночная - со светомузыкой и сильным запахом разлитого пива. Пиво разливалось аккурат между закрытой лавкой консервов и магазином подержанных холодильников. Белые холодильники снаружи магазина так и остались стоять по стойке смирно, при этом завистливо и слегка подозрительно косились на черных людей. "На страже порядка" - подумалось мне.
А по дороге обратно я еще издали увидела его. Ангела. Точнее, ее. Маленький, ростом с хоббита, ангел стоял посреди дороги - такой неуместный здесь, и, одновременно, абсолютно уместный. Я залюбовалась и подошла поближе. Девочка-эфиопка, лет семи, в традиционных одеждах - белое, до пят, широкое платье и марлевая летящая головная накидка. И, как на иконе - черное лицо, почти неразличимое в темноте, в ярком светлом обрамлении. Такое нездешнее, такое узнаваемое, аж как-то не по себе стало.
Я шла мимо девочки.
"Извините," - она обратилась ко мне, - "вы не могли бы провести меня домой? Я одна боюсь."
Я оглянулась на предмет возможного дома девочки. Через стоянку белела открытая калитка.
"Ты здесь живешь?" - я показала на калитку.
"Да," - кивнула она.
"Ну, пойдем."
Я перевела ее через узкую стоянку, мы вошли в калитку - здесь стояли старые двухэтажные дома. Мы подошли к белой металлической лестнице снаружи дома, ведущей куда-то наверх. "Спасибо," - сказал ангел. "Дальше меня не надо провожать, дальше я сама". И ушла, вверх по белой лестнице.
А я вернулась к своей машине.
jacklinka: (me2)
Белая Ночь Тель-Авива началась для меня с того, что я украла энциклопедию на станции поезда. Нет, я не совсем украла, то есть, я ее честно украла: в Натании на станции поставили модную в наше время уличную библиотеку: шкафчик с книгами для чтения в поезде. Книги потрепанные, разноязычные, явно пожертвованные, явно читанные - с историей, памятью. Ведь книга помнит каждого своего читателя.
Вот я и утащила том детской энциклопедии. Том номер 14, 1978 года выпуска, на иврите. Нет, не для себя, а для одного мальчика, который читает исключительно энциклопедии. А почему утащила - на меня с первой раскрытой страницы глянул Пушкин.
- Ты ненормальная! - накинулся Макс.
Ха-ха, а то ты не знал, дорогой?
- Я не буду тащить эту бандуру!
Скрадывающим движением профессионального воришки я просунула книгу в мягкий рюкзак. "Будешь сегодня спинкой рюкзака" - шепнула я книге.
Книга растопырилась и стала пинаться углами. Плоская небольшая книжица каким-то образом заняла весь рюкзак, выталкивая фотоаппарат и бутылку с водой.
Я несла ее, как неразумного заспинного упыря.

Собственно, White Night... )
Иллюстрации )
jacklinka: (tree_up)
А я тут только что в сказке побывала. "Три медведя." Жили-были три медведя, Наф-Наф, Нуф-Нуф и Ниф-Ниф. И были они толстые, как три бочки. И шуршали в кустах, и хрюкали по ночам.
Папа Наф-Наф был самой большой бочкой на ножках, мама Нуф-Нуф была бочкой поменьше, а сыночек Ниф-Ниф был мелкой коричневой бочкой-недоростком, вполовину папиного бочкообъема.
А тут лиса бежала...ну то есть Жаклинка бежала. В двенадцать часов ночи спортивной рысцой занималась.
И все многолитровые мохнатые бочки кааак испугались одной маленькой Жаклинки и каак рванули! А Жаклинка сама испугалась и встала - вдруг эти хряки спортсменов за бегущие жертвы принимают, и как собаки, ату его, хватай за кроссовок!
Хряки и Жаклинка одновременно поняли, что никто их хватать за ноги не собирается и мирно разбежались своей дорогой. А за кабанами еще бежал зачем-то мелкий шакал Табаки, вероятно с депешей.
Тигров у нас тут не водится, зато навалом мангустов, длинных и толстых, как перекормленные таксы.

Profile

jacklinka: (Default)
jacklinka

March 2017

S M T W T F S
    1 23 4
56 7891011
12131415161718
19202122 232425
262728293031 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 25th, 2017 04:49 am
Powered by Dreamwidth Studios