jacklinka: (tree_up)
Вчера с утра доели последнее черничное варенье. Эта банка внезапно выпрыгнула на нас из недр нашего холодильника, который, даром, что выкрашен в белый, внутри, как и должен быть, на порядок больше, чем снаружи.
А мы-то точно были уверены, что эти калоши давно уже съели.
Не простые калоши, а золотые: запечатанные в банки консервы из туристических впечатлений.

В каждой поездке ловлю себя на том, что хочется взять этот город, этот лес, эту улицу, эти дома, и сложить - точными, как по выкройке, аккуратными складками, вроде оригами или трехмерных вырезных иллюстраций в детских книжках. А затем уложить в чемодан и увезти с собой. А дома поставить на полочку, и раскрывать, когда только в голову взбредет. Распахивать на весь стол, на всю комнату, на всю улицу, выпускать на волю!

Нет, конечно, мы, как и все, стараемся увезти, сколько умеем - в фотографиях. И ведь, если подумать, каждая картинка - скол, осколок, кусочек мозаики с поверхности чужого мира. Вчера ее, этой фотографии, не существовало, а сегодня - нате вам, из слепков чужих историй превратилась в след на твоем берегу, в частицу того, что завтра будет тобой.

Сувениры, конечно, привозим тоже - безделушки, выбравшие нас из толпы одинаковых прохожих-зевак, как мы выбрали их из массы такого же туристического китча. И то ли мы храним их теперь, то ли они нас. И каждая из них теперь - ключ к ящичку с цветными картинками, и цепь, не дающая этому ключу потеряться.
Каждая - зеленый инопланетянин, оседлавший далека - из Будапешта. Колокольчики, купленные в уже закрывшемся деревенском магазине - из Финляндии. Деревянные сосиски - из  Словении. Ядовитая керамичечкая ящерица на стене - из Испании, а ее кованый собрат снаружи дома - из Кведлинбурга, того самого.
Память, зашитая,  зашнурованная в вещи.

Но, чтобы полностью насладиться пережитым, хорошо бы вот еще что: взять кусочек памяти, положить его в рот и проглотить. Прокатить по языку, вдохнуть засахаренные запахи и законсервированную под крышкой европейскую прохладу.
Ведь впечатления, настоянные на сахаре, дают сок и набираются сладости, и становятся еще прочнее и ярче.

Ягоды на варенье непременно нужно нарвать самим; за отсутствием черники подойдут любые ягоды и фрукты, главное - они должны быть найдены случайно, оказаться дарами новых мест, их хлебом-солью бережным путешественникам.

В первый раз пришло в голову сварить варенье в Швеции. Я, беременная Элиноркой, и мокрые, усыпанные черникой леса - собирай день и ночь, без продыху, чтобы наутро обнаружить, что гномы успели повесить на веточки новую партию ягод.
Варенье удалось на славу. В славном городе Гетеборге я бродила по местному супермаркету и искала небьющиеся банки для варенья. В том самом Гетеборге, где мы глядели сверху, с "чертова колеса" на открывающийся и пропадающий  залив, и грузовой порт, и такие обычные шведские четырехэтажные дома, в которых живут самые обыкновенные семьи, а на крышах приткнулись самые обыкновенные чердачные домики с окошками. И ловили себя на чувстве, что все это, черт возьми, оглушающе настоящее.

А варенье ждало в кастрюле, такое густое, что капли этого варенья хватит, чтобы окрасить в черничный сны на целую неделю. И целую чашку чая.

В Финляндию, случившуюся в прошлом году, мы захватили все те же, ставшие уже традиционными, банки-путешественницы. На всякий случай - ну какая еще черника в конце августа?
Черника висела на мокрых кустах, под вечным финским  дождем. Россыпью, ковром, под каждым кустом. Ешьте, сказала я детям. Ешьте за все израильское бесконечное нечерничное лето. Ешьте, чтоб хватило до следующей черничной остановки.

Черника напополам с дождем, озоновый черничный морс, мы плавали в нем, и дышали им, как четыре огромные черничные рыбы.
А надышавшись, опять сварили варенье. Черника напополам с брусникой, так даже интереснее. Правда, в процессе варки брусничины переженились с черничинами, и стали неотличимы в ложке.

И каждая такая ложка теперь - концентрат озоновых витаминов и - ключ, проводник, ручка допотопного телевизора. Включаешь - и все перед тобой: сумасшедшая, изумруднейшая на свете зелень и небывалый, невозможный, невероятный покой. И мягкие звуки, и пронзительные запахи. Жаль только, что запахи нельзя сфотографировать.

"У нас кончилось черничное варенье", сообщила я вчера мужу.
"Значит, нужно опять ехать за границу?" - правильно понял муж.
Если получится, если встретится -  привезем снова.
Счастье, консервированное в сахаре.
jacklinka: (andorra)
Originally posted by [livejournal.com profile] harmful_viki at Листья есть — можно и поесть.
А вы знаете, что в Японии есть интересное осеннее лакомство. А интересно оно в том, что когда наступает осень и с деревьев облетает листва, японцы собирают кленовые листья и делают из них вкусный деликатес Момидзи тэмпура (Momiji tempura) – жареные кленовые листья в сладком жидком тесте.

отведать хрустящего золота )
jacklinka: (holmes)
Оказывается, это суринамская вишня. Растет у нас в огороде, выросла из оброненной косточки. Википедия утверждает, что это дерево, но наше питанго с ней не согласно - оно куст. На самом деле, есть два вида - куст и дерево. У куста плоды более крупные и сладкие. А внутри ягоды - огромная косточка, размером почти с саму ягоду.
У питанго специфический резкий запах, сначала может показаться неприятным, к нему надо привыкнуть.
Немного цветопередача не вышла, в жизни цвет более темный.
p1


p2

Аццкая вишня! Око видите? Муж назвал это Саруманской вишней.
p3

Profile

jacklinka: (Default)
jacklinka

March 2017

S M T W T F S
    1 23 4
56 7891011
12131415161718
19202122 232425
262728293031 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 08:44 am
Powered by Dreamwidth Studios